Onidroid’s Litarena.Ru

Тема космических полетов присутствовала в научной фантастике изначально. Еще задолго до Жюля Верна и Герберта Уэллса в фантастических произведениях Ростана и Сирано де Бержерака, Джонатана Свифта, а позже Эдгара Аллана По ведется повествование о воздушных шарах и примитивных ракетах, с помощью которых герои поднимаются далеко за пределы земной атмосферы и оказываются в поле тяготения Луны и прочих небесных тел.

На рубеже XIX и XX веков с повлением авиации космическая тема получает новое развитие. В русской литературе в межвоенный период ее наиболее заметным выразителем становится советский фантаст Александр Беляев с его романами “Звезда КЭЦ” и “Война в эфире”.
Однако настоящий взлет космической темы в фантастике приходится, конечно, на вторую половину XX столетия, когда достижения военной техники сделали космические полеты не сказкой, а реальностью.

Уже к концу 1950-х и началу 1960-х годов и на Западе, и в Советском Союзе появилось целое созвездие писателей, которые писали почти исключительно на космическую тему.

Даже те из них, которые впоследствии обращались к социальным и философским темам, начинали с книг о полетах на дальние планеты и звезды.

Достаточно вспомнить раннюю прозу Рэя Брэдбери с его “Марсианскими хрониками”, а также первые романы Читать полностью »

“Гордиев узел. Современная японская научная фантастика” - уникальная хрестоматия, своего рода истории японской научной фантастики.

Вниманию читателей предлагается предисловие к этому сборнику - “Между японской научной фантастикой и научно- фантастической Японией”. Его автор - профессор кафедры литературы университета Кэйо, литературный критик, видный специалист по американской литературе, один из главных теоретиков современной японской фантастической литературы Тацуми Такаюки. Перевод с японского этой содержательной работы выполнен Галиной Дуткиной. Она же является автором примечаний.

1. Век научной фантастики

XX век стал веком научной фантастики.

О.Б. Хардисон-младший [1] писал, что в начале XX века “произошел резкий взрыв общественного сознания, причем во многих областях и в мировом масштабе. В науке это выразилось в появлении теории относительности и квантовой механики, в области изобразительного искусства - в футуризме и кубизме, в архитектуре - в эстетике функционализма, разработанной в школе “Баухауз” [2], в литературе - в дадаизме и модернизме. Разнообразные школы и направления возникали буквально одно за другим”. В этой связи закономерно появление футурологического фильма “Метрополис”, снятого в 1926 году немецким кинорежиссером Фрицем Ланге, которого вдохновило посещение Нью-Йорка. Практически в то же время американец Хьюго Гернсбек начал издавать в виде “палп-фикшн” [3] первый в мире специализированный научно-фантастический журнал “Удивительные истории”.

Таким образом, в первой половине ХХ века научную фантастику (НФ) понимали как предсказание будущего (Х. Гернсбек), а затем как “литературу логической экстраполяции” (Дж. Кэмпбелл). 50-е годы - “золотой век научной фантастики” - породили Артура Кларка, Айзека Азимова, Роберта Хайнлайна и других певцов космической фантастики.

Вторая половина века фантастики пришлась на пик “холодной войны” между СССР и США. Наступила пора переосмысления сути этого жанра. Майкл Муркок, Джеймс Грэм Баллард, Филипп Дик и Станислав Лем выдвинули идею о том, что научная фантастика представляет собой скорее философскую литературу и в центре ее внимания должен быть не макрокосм, а микрокосм - внутренний мир человека. Урсула Ле Гуин и Джеймс Типтри-младший [4] пошли еще дальше - и внесли новую, феминистскую струю, обратившись к “гендерной фантастике”. В центре внимания оказались теперь Читать полностью »